Молчание Мэттьюса: что реально произошло в «Торонто» и как устроены медиа в НХЛ

Утро большого возвращения Марнера началось с хитрого тайминга. «Вегас» выставил своего новичка к прессе в 10:45 в отеле — ровно тогда, когда «Торонто» уже вовсю раскатывался на соседней арене. Медиа пришлось делиться, и львиная доля отправилась слушать Марнера. Итог для «кленовых листьев»: небольшой пул, а значит, никаких обязательных запросов к Остону Мэттьюсу.

После матча картина повторилась. Команда проиграла, но капитана попросту не вызвали к микрофонам. Не было ни принципиального молчания, ни «запрета сверху». Мэттьюс был готов — утром ему сказали, что, возможно, понадобится. Запрос так и не прилетел, а клуб, понимая, насколько плотно нагружен капитан, не стал сам тянуть его к стойке.

Почему так случается? Перед играми «Торонто» обычно выводит к общей прессе двух хоккеистов — их «коллективно» просит один представитель медиапула. Любой журналист может отдельно подойти к тем, кто катался утром, — никаких «табличек не беспокоить». После матчей принцип похожий: тот же представитель набрасывает список из нескольких игроков. Обычно это авторы голов, стартовый вратарь и кто-то из лидеров, если поражение тяжелое.

В тот самый вечер выбрали именно такой набор — четыре фамилии, все поговорили. Мэттьюс в него не попал. И да, задним числом это просчет прессы: капитана стоило позвать хотя бы для оценки общего настроения. Тем более что спрос на него в этом сезоне и так запредельный: Марнера рядом нет, Уильям Нюландер лечится, а значит, весь информационный свет бьет в одно лицо.

Цифры тоже о многом говорят: за первые 46 матчей регулярки Мэттьюс выходил к журналистам 43 раза — и еще дюжину раз давал короткие эфирные включения во время игр. Понятно, что сбои случаются. В середине декабря, после провала с «Эдмонтоном», он не вышел к прессе, хотя просьба поступала. Такое редкость, но в длинной 82-матчевой гонке бывает.

Есть и другая сторона медали. Мэттьюс нечасто доступен для личных разговоров вне общей толпы: в отличие от предшественника Джона Тавареса он редко застается на своем месте в раздевалке, когда внутрь заходят СМИ. А если говорил накануне, утром в день игры его могут не выводить повторно — чтобы не перегружать человека.

Отдельная деталь того дня — резкий ответ Мэттьюса на вопрос о Марнере в предматчевом эфире. Не исключено, что именно это остудило желание задавать «минные» вопросы после финальной сирены. Но правило все равно простое: попросили — придет почти всегда. Не попросили — никто насильно не потащит.

Итого: никаких «подковерных интриг» между капитаном «Торонто» и журналистами не было. Есть рутинная процедура, распределение внимания и попытка не превратить одного игрока в круглосуточный пресс-центр. Иногда эта система дает сбой — и тогда в протоколе вместо громкого заявления остается тишина.