Эпоха Ford в Red Bull началась: хватит ли скорости и надёжности в сезоне‑2026?

Премьеру новой эры устроили шумно и по‑редбулловски дерзко — яркие ролики, смелая подача, максимум шоу. Но за кадром уже давно кипит рутинная работа: с 2026 года в Формуле‑1 меняется почти всё, а вместе с этим начинается союз «Ред Булл» и «Форд» — от ливрей до сердца машины.

Главный вызов — техника. Новый регламент требует почти заново собрать болид: аэродинамика переписана, а гибридная силовая установка должна выдавать около половины мощности за счёт электричества (раньше было порядка 20%). «Ред Булл» решился вести моторный проект внутри команды. Как метко определили в штабе: это «высокий риск — высокая отдача».

«Это гималайская гора, которую нужно покорить. Мы соревнуемся с “Феррари” и “Мерседесом”, у которых десятилетия опыта», — признаёт гендиректор «Форда» Джим Фарли.

Технический директор моторного подразделения «Ред Булл» Бен Ходжкинсон начал этот путь три с лишним года назад. По его словам, за время подготовки пришлось построить три новых производства, набрать около 700 специалистов и довести силовую установку до шестого поколения — именно её собираются отправлять на трассу. «Форд» помог и людьми, и станками: лазерное спекание металла позволило резко ускорить выпуск деталей и уйти от долгих отливок.

Зачем это «Форду»? Причин две. Во‑первых, бум интереса к Формуле‑1 в мире. Во‑вторых, чистая инженерия: лучшие аэродинамисты, прогнозирование отказов, программные системы гибридов — всё это затем уедет в серийные машины. В компании убеждены: участие в чемпионате ускорит развитие дорожных моделей.

Командные краски уже показали, но настоящие формы и решения увидим на первых тестах: впереди закрытые заезды в Барселоне. Ставки высоки для всех — и для «Ред Булл», и для сестринской «Рэйсинг Буллз», и для «Форда», который возвращается в чемпионат после долгой паузы.

Перестройка коснулась и состава пилотов. Изак Хаджар поднят в основу «Ред Булл», а в «Рэйсинг Буллз» дебютирует 18‑летний Арвид Линдблад — ещё вчера он гонялся в младших сериях. Переход из Формулы‑2 в главную категорию сам по себе крутая ступень, а тут ещё и новые машины, новый стиль пилотирования и другой баланс болида.

Отдельная интрига — напарник Макса Ферстаппена. В прошлом сезоне рокировка шла быстро: Лиама Лоусона уже через два этапа вернули в «Рэйсинг Буллз», Юки Цунода тоже не удержался. Руководитель Лоран Мекис честно признаёт: «Мы недостаточно хорошо работали со второй машиной. Это нужно исправить — пересматриваем всё на 360 градусов».

Что изменится за рулём? Пилоты ожидают, что управление электрической энергией станет ключом к темпу, а надёжность выйдет на первый план — новые технологии всегда приносят «детские болезни». «То, что идеально работает на стенде, на трассе ведёт себя иначе», — резонно замечает Хаджар.

В 2026‑м голос гонщиков в доработке шасси и мотора станет весомее обычного — команды будут искать направление вслепую в условиях «большого ресета». Для «Ред Булл» это шанс превратить талант Ферстаппена и свежую энергию Хаджара в ускоритель развития, а для «Форда» — доказать, что шумная премьера была не ради картинок, а ради побед.